Кажется, вчера только было Вербное воскресение, когда Господь смиренно и торжественно входил в древний город Иерусалим, восседая на маленьком ослике, и все жители высыпали на улицы, чтобы посмотреть на это шествие. Дороги были уложены пальмовыми ветвями, и тысячи голосов со всех сторон восклицали Ему «Осанна в Вышних! Благословен Грядый во имя Господне»! Но только верующее и любящее сердце понимает, какие чувства испытывает Безгрешный Сын Божий, пришедший исполнить Промысл Отца о мире. Сейчас все эти люди рады и встречают Его как великого человека, который должен, по их представлениям, захватить огнем и мечом весь мир и вывести еврейский народ из римского владычества. Но не за тем идет сейчас этот смиренный и кроткий Человек — Он добровольно въезжает в город, чтобы претерпеть страдания за всех людей.

Год за годом мы проживаем Страстную седмицу так, словно она проходит мимо нас, где-то отдельно, вне нашей души. Две тысячи лет назад в далеком Иерусалиме жил один хороший Человек, проповедовал, учил, исцелял, потом Его возненавидели, взяли под стражу и распяли позорно на Кресте — казалось бы, как давно это было, что уже по истечении стольких веков те далекие события потеряли свое значение. Но почему же тогда миллионы верующих с душевным трепетом ожидают эти дни и стремятся провести их в храме на молитве? Почему же во время богослужения в Страстную Пятницу вдруг щемящая тоска сожмет сердце, ощущая, что ныне в мире происходит нечто страшное, и сам дьявол вступает в жестокую борьбу с каждым, кто верует во Христа и находится с Ним в эти дни.

Неделя до Пасхи — до самого главного События в мировой истории, ничего не может сравниться с днем, когда смерть как нечто страшное и неизведанное перестала существовать. Господь от нас и сейчас много не требует: «Душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною». Казалось бы: как просто и как тяжело быть в последние минуты земной жизни со Христом, оставить все наши бесконечные мирские заботы, и быть с Ним: не просто физически присутствовать, но и сопереживать Ему. Тогда в Гефсиманском саду сам воздух трепетал от напряжения, и ученики не выдержали и заснули от усталости, как и мы, стоя в эти дни на службе и вроде бы показывая, что вот, Господи, мы с Тобой, однако мыслями далеко отстоим от Него, погрязши в суете этого мира.

Но до взятия под стражу Христа еще несколько дней. Первые два дня этой седмицы посвящены воспоминанию последних бесед Господа с народом и учениками: «Я, Свет, пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме. И если кто услышит Мои слова и не поверит, Я не сужу его, ибо Я пришел не судить мир, но спасти мир» (Ин. 12, 46-47). Далее следует трагичный и циничный поступок Иуды Искариота, когда дьявол вложил в его сердце предать своего Учителя за тридцать сребреников, ибо он был вором, возлюбившим деньги больше всего на свете и больше Самого Света.

Все ближе и ближе минута, когда стража придет в Гефсиманский сад за Иисусом, и Господь это прекрасно знает, предвидит, поэтому желает как можно больше времени провести с учениками, сказать им то, что, может, не успел, напомнить о том, что говорил не раз, поддержать их и утешить. Прежде Он «снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался. Потом влил воды в умывальницу и начал умывать ноги ученикам и отирать полотенцем». Создатель неба и земли, всего видимого и невидимого, Царь, пред Которым трепещут все Силы Небесные и бесы, смиренно моет ноги бедным, необразованным ученикам, чем приводит в недоумение не одно поколение людей, читающих и вспоминающих это событие. Действия, происходящие так давно и далеко от современного жителя, не должны восприниматься как легенды или ничего не значащие воспоминания. Нет, не может быть формальностей там, где речь идет о Страстной Седмице и страданиях Господа за нас! Год за годом те события вновь оживают со страниц Евангелия, и мы вновь словно находимся в горнице и возлежим с учениками, и Господь и нам говорит эти прекрасные слова поучения: «Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога и в Меня веруйте… И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я… Не оставлю вас сиротами; приду к вам» (Ин. 14, 1-3). Да и пусть скептики говорят, что угодно, пусть не понимают и насмехаются! Верующему сердцу и это не страшно, а Господу все возможно.

А потом была Великая Пятница — суд над безгрешным Господом, крики разъяренной толпы «Распни Его!», обвинение, издевательства, жестокие побои, плевания и распятие. «Свершилось!» — воскликнул Он на Кресте и испустил Дух, и вся Вселенная, казалось, соединилась с Ним в Его возгласе, и тьма опустилась на землю, и страшное землетрясение всколыхнуло горные породы. В храме в этот день читаются двенадцать евангельских отрывков, повествующих о событиях Страстного Пятка, и, наверно, в годичном круге служб нет печальнее и мрачнее богослужения. Священнослужители в черных облачениях, задернута завеса на Царских Вратах, и, кажется, что даже лучи солнца не попадают в храм, лишь в глубине тихий голос читает о человеческой жестокости и всемирной несправедливости, но и о смирении, кротости и всепрощающей любви к нам Господа нашего Иисуса Христа. Тихо, тихо, нельзя допустить, чтобы что-то отвлекло от событий Пятницы, чтобы какие-то посторонние звуки проникли в нашу душу, кроме негромкого пения «Не рыдай Мене, Мати, зрящи во гробе; Егоже во чреве без семене зачала еси Сына: востану бо и прославлюся».

А потом день всемирного ожидания — Суббота. Господь уже сошел во ад, освободил от уз ветхозаветных праведников и разрушил власть дьявола и смерти над человеком. Смерти больше нет, ибо Христос победил ее и даровал нам еще один безвозмездный дар — вечную и блаженную жизнь.

В дни Страстной седмицы так важно понять для себя: кто мы и по какую сторону Креста: со стороны распинателей, глумящейся над Спасителем, или рядом с Его любимым учеником и Матерью? Будем ли мы с Ним в эти трудные минуты или уснем под тяжестью земных хлопот? Господи, как же хочется быть с Тобой, пройти всю это последнюю неделю до Пасхи достойно, чтобы ничего не отвлекло от Тебя! Пусть мы немощные и, наверняка, устанем и уснем, отречемся от Тебя или забудем, как и ученики, но укрепи нас, по Своей неизреченной милости, чтобы мы были с Тобой до самого конца.